Роналду выступил с официальным заявлением

41-летний португальский нападающий саудовского «Аль-Насра» Криштиану Роналду выступил с официальным заявлением.

«Я решил лично и напрямую рассказать об обстоятельствах, связанных с последним сбором национальной команды.

После чемпионата мира 2026-го года я написал письмо португальскому народу, которое до сих пор у меня хранится. В нем были слова, которые я хотел сказать им, когда окончательно покину сборную.

В конце турнира, во время обратного полета из США, президент Федерации футбола Португалии попросил и настоял, чтобы я пересмотрел свое решение об уходе, поскольку федерация хотела, чтобы я продолжил работу.

Сразу после этого он спросил мое мнение о кандидатуре нынешнего главного тренера, которого он рассматривал наряду с другими кандидатами, имен которых мне не назвал. Я сказал президенту Федерации, что, по моему мнению, это был бы правильный выбор.

Именно поэтому в день, когда нынешний главный тренер был назначен, я искренне обрадовался этому решению. Это был правильный выбор, что подтверждают результаты.

Через несколько дней новый тренер позвонили и сказал, что хотел бы встретиться со мной лично. Я согласился, и мы договорились встретиться в конце моего отпуска.

В день, когда мы встретились, главный тренер сказал мне, что рассчитывает на меня и что мое присутствие крайне важно для его проекта. Он прямо на месте представил мне план моего участия. Он сказал, что я сыграю первый и последний матч, а по соображениям распределения физических нагрузок он всегда будет делать по 3-4 замены за игру.

В тот момент он предложил не лететь с национальной сборной в Норвегию и Данию. Он предложил мне сыграть первый матч, остаться в Португалии, а затем присоединиться к команде перед матчем на стадионе «Драгау».

Я сразу отказался от этого предложения. Для меня было очевидно, что я не могу его принять. Даже если бы я не играл в гостевых матчах, я все равно оставался бы капитаном нашей команды. Такая привилегия — остаться в Португалии — не подавала бы хорошего примера.

В итоге главный тренер согласился с моей точкой зрения.

В этом разговоре также участвовал Симао Коутиньо, спортивный директор «Аль-Насра».

За день до начала сбора главный тренер по своей инициативе приехал ко мне домой в Лиссабоне, чтобы еще раз со мной поговорить. Разговор прошел спокойно, и все принципы, о которых мы договорились в августе, остались в силе.

Я сыграл матч на «Алваладе» и, хотя меня заменили, у меня не возникло никаких вопросов. Я сам передал капитанскую повязку Бруну Фернандешу, совершенно не предполагая, что, возможно, делаю свои последние шаги в качестве игрока и капитана национальной сборной.

Для меня в тот день главное было то, что мы победили.

В обеденное время в день матча в Норвегии помощник главного тренера подошел к столу, за которым обедала команда, и сказал мне, что главный тренер хочет со мной поговорить.

К моему полному удивлению, главный тренер спросил, согласен ли я сыграть 30 минут. Я был полностью сосредоточен на физическом восстановлении, как обычно находился вместе с партнерами по команде, и думал, что в тот день не буду играть. Для меня не было никаких проблем.

Эта просьба не соответствовала моему плану физического восстановления и тренировок, поскольку изначально я должен был сыграть только 4-го числа на «Драгау», но, конечно, я согласился. Он ответил, что мне следует быть готовым, потому что я сыграю 30 минут. Остальное все знают. Я начал разминаться с перерыва, смотрел, как идут минуты, но на поле меня так и не выпустили.

Главный тренер не сдержал своего слова.

Я просто хотел, чтобы все закончилось победой и чтобы меня оставили в покое. Я не пошел поприветствовать болельщиков. Это была моя ошибка, и исключительно моя ответственность — этого не должно было произойти.

Я прошу прощения у португальцев, которые поддерживали нас там, прошу прощения у болельщиков и у тех людей, которые, хотя и не были португальцами, возможно, специально приехали туда, чтобы увидеть меня, и которых я мог разочаровать.

Через 48 часов состоялся разговор: я, главный тренер и Симао Коутиньо, поскольку он присутствовал на наших разговорах в августе.

Это был серьезный и очень откровенный разговор. Мы согласились, что был только один способ закрыть этот вопрос: главный тренер должен был повторить публично то, что он только что сказал мне наедине, в присутствии Симао Коутиньо, но уже в пресс-центре.

Договоренность была простой: главный тренер должен был начать пресс-конференцию именно с этой темы, чтобы закрыть вопрос, сказав правду.

Он должен был сказать, что я никогда не просил дать мне поиграть какие-либо минуты, что именно тренер, а не кто-либо другой, предложил мне план на этот сбор, и что было ошибкой выпускать меня на разминку, а потом не выпускать, и что, если это повторится, он не будет этого делать.

Мы закончили тот разговор тем, что главный тренер попросил меня обнять его и пообещал, что на пресс-конференции скажет то, что только что сказал мне, и что после этого мы оставим этот вопрос в прошлом. Я не должен был играть в Дании, а должен был сыграть матч на «Драгау». Все это происходило в присутствии Симау Коутиньо, как и всегда.

Был подготовлен короткий документ, который я лично подтвердил и который, насколько мне известно, был передан главному тренеру, как он и просил.

Что касается пресс-конференции — все знают, что произошло. Его поведение не имело ничего общего с нашей встречей. Я услышал высказывания и агрессивную манеру, которых, как я считаю, не заслуживал. Это было высокомерное отношение, которого он никогда не проявлял по отношению ко мне.

В замечаниях, которые я утвердил не говорилось, что тренер должен извиняться передо мной. Это был второй раз, когда он нарушил данное мне слово.

Я решил покинуть сбор, не дожидаясь очередного нарушенного обещания. Для меня в отношениях между людьми правда по-прежнему важнее всего. Как бы сильно она ни могла ранить — скажите мне правду.

На самом деле, в разговоре, который у меня состоялся с президентом Португальской футбольной федерации и с главным тренером утром в день той пресс-конференции, что они наверняка могут подтвердить, я еще раз сказал: если они не хотят, чтобы я был там, им просто нужно мне об этом сказать. Все, что от них требовалось - быть со мной откровенными. Я бы это принял.

Я помню это так, будто это было сегодня. Они оба ответили, что нет. Что мое место — в национальной сборной.

Никогда, ни в какой момент за почти 25 лет моей футбольной карьеры, я не вмешивался ни в одно техническое или тактическое решение тренера или главного тренера сборной. Я просто принимаю их решения — хорошо это или плохо, в зависимости от того, что они предлагают.

Я уважаю решение. Но когда они нарушают данное мне слово, я чувствую, что мое место больше не здесь.

Я также должен извиниться перед моими товарищами по национальной сборной за то, что покинул сбор. Несмотря на абсолютно подорванное доверие к словам главного тренера, что могут подтвердить все, кто был свидетелем этих разговоров, я не должен был так поступать. Ответственность полностью лежит на мне.

Я еще раз прошу прощения у португальского народа, но нарушение данного слова оказало на меня сильное влияние. С того момента я почувствовал, что мое дальнейшее пребывание в сборной только навредит команде, и сделал то, что всегда говорил, что сделаю, если не чувствую себя полезным: собрал вещи и ушел.

Последствия моего поступка должна оценить и определить Португальская футбольная федерация. Я считаю, что при вынесении наказания не должно быть смягчающих обстоятельств. Я не просто игрок. Я капитан команды, и это является отягчающим обстоятельством.

Я уже извинился, но понимаю, что поступки должны иметь последствия. Каждый, кто находится в футболе, как и я, знает: независимо от статуса человека, правила для всех одинаковы.

В связи с этим я слышал много разговоров о прощальном матче, о том, что мне должны устроить достойные проводы и, что Федерация хочет дать мне такую возможность.

Я научился в жизни, когда был голоден и мне нечего было есть, что никто ничего никому просто так не дает.

Я могу обещать всем моим болельщикам и, конечно же, особенно всему португальскому народу, что у нас будет один или несколько прощальных матчей — время для этого еще будет.

Но когда я думаю о национальной сборной, я прежде всего думаю о борьбе за победу. Именно об этом я думал в тот день, когда мне сообщили о смерти моего отца. Я находился на сборе национальной команды и решил остаться там до конца, до следующего матча. Поэтому ради своей страны я сделал то, чего никогда не сделал бы ради любого клуба.

Поэтому, если я буду физически здоров, буду играть за свой клуб и, надеюсь, забивать голы, то после отбытия любого наказания, которое мне назначат, я буду готов, как и всегда до сегодняшнего дня, выступать и побеждать за нашу национальную сборную.

Это, поверьте мне, самая чистая правда», - написал Роналду на своей странице в Instagram.